Українська Русский English Головна e-mail Мапа сайту
О компании
Услуги
Нас рекомендуют
Новости
Контакты
Усилилась ответственность за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения
27.07.2016

Вносить изменения в паспорта в связи со сменой названий городов и улиц не нужно.
08.07.2016

В Верховную Раду подан законопроект относительно сокращения количества праздничных и выходных дней
31.05.2016

все новости
Запуск PoZakonu – портала профессиональных интерактивных консультаций
05.06.2013

ULGroup провела семинар «Практика Европейского суда по правам человека по налоговым делам»
23.04.2013

Услуга "Антирейдер"
22.04.2013

архив

Cтокгольмский арбитраж

Елена Щёкина,
канд. юрид. наук,
консультант ассоциации «Объединённая юридическая группа» (ULGroup)

Юрий Щёкин,
канд. юрид. наук, доцент,
консультант ассоциации «Объединённая юридическая группа» (ULGroup)



  О нашумевшем решении стокгольмского арбитражного трибунала профессионально

8 июня сего года Арбитражный трибунал в г. Стокгольме (Швеция) вынес решение по спору между ЗАО «РосУкрЭнерго» и НАК «Нафтогаз Украины». Согласно этому решению ответчик – НАК «Нафтогаз Украины» должен возвратить истцу 11 млрд. куб. м. природного газа и 1,1 млрд. млрд. куб. м. газа в качестве неустойки за нарушение условий контракта.
Поскольку результаты спора способны достаточно негативно отразиться на экономике Украины, и так переживающей нелёгкие времена, проблемой исполнения этого решения обеспокоены государственные чиновники самого высшего ранга. Между тем заявления высших должностных лиц государства обнаруживают весьма серьёзное недопонимание правовой природы и решения, и самого органа, его принявшего. Так, Президент Украины В. Ф. Янукович заявил, что «мы, безусловно, обязаны выполнять решения европейских судов», премьер-министр Н. Я. Азаров считает, что невыполнение этого решения «влечёт за собой определённые санкции», фракция БЮТ инициировала создание временной следственной комиссии по обстоятельствам решения Стокгольмского суда, а министр топлива и энергетики Ю. Бойко высказывался о необходимости изучения возможности для подачи апелляции на решение арбитража. В этом же ряду отметим и проект постановления Верховной Рады Украины («Про деякі питання у зв′язку з рішенням Арбітражного інституту Стокгольмської торгової палати у справі НАК «Нафтогаз України» проти ЗАТ «РосУкрЕнерго»»), обсуждавшийся на утреннем заседании ВРУ 8 июля 2010 года и, к счастью, отправленный на доработку в Кабинет Министров Украины после провального голосования.
Несмотря на отсутствие самого текста решения, мы как юристы-международники (со специализацией в международном частном и международном публичном праве), думаем, могли бы в определённой мере (т.к. не обладаем полной информацией именно по данному делу) прояснить ситуацию и объяснить встревоженной общественности некоторые тонкости работы стокгольмского арбитражного трибунала. Для этого сведений, имеющихся в СМИ, вполне достаточно. Возможно, и государственных мужей, имеющих текст решения, наши рассуждения подтолкнули бы к таким политическим и правовым решениям, которые позволили бы стране с честью выйти из этого спора.


Специфика правовой природы Стокгольмского арбитража

Информационные агентства сообщали, что решение против Нафтогаз Украины было вынесено Арбитражным институтом Торговой палаты Стокгольма (далее – Арбитражный институт ТПС). Это, видимо, придало авторитетности данному решению в глазах общественности настолько, что его стали называть судебным решением и даже решением международного суда. В действительности же Арбитражный институт ТПС считается известнейшим международным коммерческим арбитражем (далее – МКА). Это не международный (межгосударственный) суд, как, к примеру, Международный суд ООН или Европейский суд по правам человека, созданные на основании соответствующих международных договоров.
МКА – это негосударственный, внесудебный, третейский способ разрешения споров, возникающих между участниками внешнеэкономической деятельности. МКА представляет собой своеобразную неправительственную (общественную) организацию, осуществляющую специфические функции по содействию в разрешении споров коммерческого характера с иностранным элементом. Он создаётся на основании внутреннего права соответствующего государства (в нашем случае Швеции). Основанием компетенции МКА по каждому конкретному делу является не что иное, как добровольное соглашение самих сторон о передаче спора арбитражу.
Отметим, что принято различать два вида МКА – разовый (арбитраж ad hoc), создаваемый для разрешения конкретного спора, и институционный (постоянно действующий) арбитраж. В отличие от арбитража ad hoc институционный арбитраж действует в соответствии с собственным регламентом, в котором определён порядок возбуждения производства, назначения арбитров, рассмотрения спора и вынесения решения. Арбитражный институт ТПС относят к постоянно действующим МКА. Между тем в ст. 1 Регламента Арбитражного института ТПС подчёркивается, что сам Институт не разрешает споров, в его задачи входит лишь содействие разрешению споров в соответствии с Регламентом Института, а также другими правилами. В связи с этим уточним, что решение по спору между ЗАО «РосУкрЭнерго» и НАК «Нафтогаз Украины» было вынесено «составом арбитража» (по терминологии Регламента Арбитражного института ТПС), созданным для рассмотрения этого спора под эгидой Арбитражного института ТПС, а не самим Институтом.
Вышеизложенное имеет далеко идущие последствия, касающиеся, прежде всего, специфики действия организационно-правовых механизмов, обеспечивающих исполнение интересующего нас решения. Разберём их фрагментарно, исходя из того, что перед нами юрисдикции двух суверенных государств – Украины и Швеции, а также сфера действия норм международного права, которые обеспечивают взаимодействие этих юрисдикций между собой.


Как международное право обеспечивает исполнение решения стокгольмского арбитража?

Само по себе решение даже самого авторитетного МКА (а стокгольмский арбитраж, безусловно, один из них) не обладает безусловной исполнительной силой на территории другого государства, как, впрочем, и решение иностранного государственного суда. Признание и принудительное исполнение решений МКА на территории других государств обеспечивается, прежде всего, Нью-Йоркской конвенцией о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г. Украина и Швеция являются её участниками.
Нужно понимать, что Нью-Йоркская конвенция – это международный договор. И относиться к нему нужно соответствующим образом. Ведь любой международный договор есть результат поиска политических компромиссов, и практическая эффективность его исполнения зависит от наличия или отсутствия чётких международных организационно-правовых механизмов (процедур) его реализации.
Поясним на примерах. Если сторона, проигравшая дело в Международном суде ООН, медлит с исполнением его решения, в ситуацию вмешивается Совет Безопасности ООН и политически давит на эту сторону до тех пор, пока она не займет «правильную позицию». Точно также политически решения Европейского суда по правам человека обеспечивает Комитет Министров Совета Европы.
Это более жёсткие в политическом смысле механизмы, обеспечивающие соблюдение международно-правовых обязательств. Они возможны только в рамках международных межправительственных организаций. Да и речь идёт об исполнении решений международных судов, а не общественных организаций, даже действующих с международным размахом.
Есть более мягкие организационно-правовые механизмы – это так называемые контрольные конвенционные механизмы: различные комитеты, предусмотренные в соответствующих конвенциях (например, Комитет по правам человека, предусмотренный Международным пактом о гражданских и политических правах 1966 г., или Комитет по правам ребёнка, предусмотренный Конвенцией о правах ребенка 1989 г., и т.п.). Эффективность их деятельности давно вызывает нарекания у специалистов. Главная их заслуга в том, что они есть. Они – это ещё одна возможность заинтересованных государств и международных межправительственных организаций (реже – лиц или групп лиц) заявить о какой-либо наболевшей проблеме без особой надежны на немедленное изменение ситуации.
Ни первого, ни второго у Нью-Йоркской конвенции нет. В таких случаях оставшийся выход – это политическое давление посредством дипломатических каналов со стороны заинтересованных государств – участников этой конвенции. Сама Швеция, строго юридически, не обязана предпринимать какие-либо усилия, направленные на принуждение Украины к исполнению решения её общественной организации. Тем более этим не обязаны заниматься и другие государства – участники Конвенции. Однако в связи с тем, что неисполнение Нью-Йоркской конвенции негативно влияет на упорядоченность и предсказуемость регулирования международных коммерческих отношений, определённый резонанс на сферу международной публичной политики сложившаяся ситуация иметь может. Скажем так, упрёки со стороны других государств могут быть, но жёсткое давление, учитывая изложенные выше аргументы, вряд ли. Чтобы исключить или, по крайней мере, значительно усложнить переход данного спора в международную политическую плоскость, необходимо чётко понимать механизм приведения решений стокгольмского арбитража в исполнение, его достоинства и недостатки. И здесь мы видим несколько вариантов развития событий.


Вариант 1. Отмена решения стокгольмского арбитража
на территории Швеции


По общему правилу решение МКА является окончательным для сторон. В ст. 36 Регламента Арбитражного института ТПС указано: «арбитражное решение является окончательным и обязательным с момента его вынесения». Решение МКА не может быть пересмотрено ни самим арбитражем, поскольку он просто не имеет какого-либо органа по апелляциям, ни государственным судом, так как МКА является автономным институтом разрешения споров.
Несмотря на это суды многих государств, в которых выносятся арбитражные решения, обычно наделяются национальным законодательством компетенцией по отмене решений арбитражей по предусмотренным законом основаниям. И Швеция не является исключением. Такое право на отмену государственными судами решений международных коммерческих арбитражей является естественным и абсолютно логичным, поскольку в силу своего суверенитета Швеция обладает исключительной и приоритетной юрисдикцией над юрисдикцией любого МКА, проходящего на её территории (её общественной организации).
Согласно ст. 34 Закона Швеции «Об арбитраже» 1999 г. арбитражное решение, вынесенное арбитражем, имевшим место в Швеции, может быть полностью или частично отменено судом по ходатайству одной из сторон, если для этого есть одно из шести оснований, предусмотренных этой статьёй. Примечательно, что перечень оснований для отмены арбитражного решения не является исчерпывающим. Перечислив в качестве оснований различные нарушения процессуального характера, шведский законодатель последний пункт сформулировал так: «если при отсутствии вины стороны в ходе разбирательства было допущено какое-либо иное нарушение, которое, вероятно, повлияло на исход спора». То есть любое нарушение в ходе арбитражного разбирательства может выступить основанием для его отмены. Таким образом, перед государственным судом Швеции может быть поднят вопрос об отмене решения МКА по самому широкому, практически неограниченному кругу оснований при наличии, конечно, соответствующей инициатива и убедительных доказательств.
В соответствии с ч. 3 ст. 34 Закона Швеции «Об арбитраже» ходатайство об отмене арбитражного решения должно быть представлено в течение 3 месяцев с даты получения решения стороной. В ст. 43 Закона указано, что ходатайство (которое в этой статье названо «иском против решения») подлежит рассмотрению Апелляционным судом той юрисдикции, где проходило арбитражное разбирательство. Здесь же сказано, что определение Апелляционного суда обжалованию не подлежит. Вместе с тем Апелляционный суд может разрешить обжалование принятого им определения в Верховном суде, если решение дела имеет значение для правоприменительной практики.
Единственным препятствием для обращения в шведский суд является ранее заключённое сторонами соглашение. Согласно ст. 51 шведского закона об арбитраже стороны могут посредством письменного соглашения в явно выраженной форме исключить или ограничить применение оснований для отмены арбитражного решения, предусмотренных ст. 34, если ни одна из сторон не имеет местонахождения или места деятельности в Швеции (маловероятно, что такое соглашение было в действительности, но мы этого не исключаем). Но даже и в этом случае у заинтересованной стороны есть возможность оспорить решение МКА. Наряду с отменой арбитражного решения законодательство Швеции предусматривает возможность признания его недействительным. Для этого в ст. 33 того же закона перечислены свои основания.
Обратиться в государственные суды Швеции с соответствующим заявлением могут представители проигравшей стороны, то есть НАК «Нафтогаз Украины». Не факт, что в конечном счёте данное дело в государственных судах Швеции будет выиграно, но уж однозначно исполнение состоявшегося решения на Украине будет отсрочено на весьма значительное время. А в случае отмены шведским судом данного арбитражного решения, основания для его исполнения отпадают и на территории Украины (так как согласно ст. V Нью-Йоркской конвенции и ст. 36 Закона Украины «О МКА» отмена арбитражного решения судом государства, в котором или в соответствии с законом которого оно было принято, является основанием для отказа в признании и исполнении такого решения в другом государстве).


Вариант 2. О юридических сложностях у ЗАО «РосУкрЭнерго» при исполнении решения стокгольмского арбитража на Украине
или паника преждевременна


Арбитражное решение обязательно для сторон. Это положение закреплено в целом ряде арбитражных регламентов. Обязательность для участников спора арбитражного решения логически вытекает из заключённого ими соглашения об арбитраже. Однако проблема в том, что МКА не располагает достаточными средствами, чтобы принудить ответчика к исполнению решения. Поэтому если ответчик не исполняет решение МКА добровольно, у истца нет иного выхода, кроме как обратиться за помощью к государственным органам, уполномоченным осуществлять принудительное исполнение решений, по месту нахождения должника.
Что касается решений МКА, то они не обладают непосредственной исполнительной силой. Для их принудительного исполнения не достаточно представить само решение к исполнению, необходимо получить разрешение компетентной власти государства, на территории которого планируется исполнить решение. Об этом говорится в Нью-Йоркской конвенции. Ст. III Нью-Йоркской конвенции гласит: «Каждое Договаривающееся государство признаёт арбитражные решения как обязательные и приводит их в исполнение в соответствии с процессуальными нормами той территории, где испрашивается признание и приведение в исполнение этих решений, на условиях, изложенных в нижеследующих статьях». Согласно ст. IV Конвенции для получения признания и приведения в исполнение иностранного арбитражного решения заинтересованная сторона обращается с просьбой к «компетентной власти» по месту, где испрашивается признание и исполнение.
Поскольку местонахождением должника в данном случае является Украина, обратимся к украинскому законодательству. В настоящее время на Украине чётко не урегулирован порядок получения разрешения на принудительное исполнение решений МКА. Законом № 2798–VI от 6 сентября 2005 г был отменён Закон Украины «О признании и исполнении в Украине решений иностранных судов» от 29 ноября 2001 г., который регламентировал процедуру подачи и рассмотрения ходатайств о признании и исполнении не только иностранных судебных решений, но и решений иностранных арбитражей.
Ряд положений, касающихся признания и исполнения решений МКА, содержится в Законе «О МКА» от 24 февраля 1994 г. В ст. 35 Закона этого закреплено, что «арбитражное решение, независимо от того, в какой стране оно было вынесено, признаётся обязательным и при предоставлении в компетентный суд письменного ходатайства приводится в исполнение с учётом положений настоящей статьи и ст. 36». Но в этом законе, в отличие от отменённого, не назван компетентный суд, в который следует обращаться по вопросу исполнения решения МКА(!). Этот вопрос остаётся дискуссионным (подробнее см.: Щёкина Е. Получение разрешения на принудительное исполнение решений международного коммерческого арбитража в Украине // http://www.minprom.ua/articles/first_news32026.html). Поэтому перед РосУкрЭнерго на сегодняшний день стоит задача получить у компетентного суда Украины разрешение на принудительное исполнение решения стокгольмского арбитража. И, конечно, такое определение суда может быть обжаловано Нафтогаз Украины (с прохождением всех отечественных судебных инстанций «от» и «до»). И только после того, как определение суда о разрешении принудительного исполнения решения МКА вступит в законную силу, суд выдаёт исполнительный документ. В соответствии с Законом Украины «Об исполнительном производстве» от 21 апреля 1999 г. На основании исполнительного документа по заявлению взыскателя государственный исполнитель открывает исполнительное производство. А дальше – дело за исполнительной службой.
Отметим, что ответчик с самого начала процесса может занять активную позицию – он может добиваться отмены решения стокгольмского арбитража в украинских судах. Иными словами, в то время как суд рассматривает ходатайство об исполнении решения МКА, заинтересованная сторона может добиваться отказа в признании и исполнении этого решения. Такое право и основания для этого закреплены в ст. V Нью-Йоркской Конвенции и ст. 36 Закона Украины «О МКА». Ст. 36 названного закона гласит: «В признании или в исполнении арбитражного решения, независимо от того, в каком государстве оно было вынесено, может быть отказано только:
1) по просьбе стороны, против которой оно направлено, если эта сторона подаст компетентному суду доказательства того, что:
– одна из сторон в арбитражном соглашении была недееспособна или арбитражное соглашение недействительно;
– сторона не была надлежащим образом уведомлена о назначении арбитра или арбитражном разбирательстве или по другим уважительным причинам не могла представить свои пояснения;
– решение вынесено по спору, не предусмотренному арбитражным соглашением, или не подпадающему под его условия;
– состав третейского суда или арбитражная процедура не соответствовали соглашению сторон либо, при отсутствии соглашения – закону той страны, где имел место арбитраж;
– решение ещё не стало окончательным для сторон или было отменено или приостановлено исполнением компетентной властью страны, где оно было вынесено, или страны, закон которой применяется».
Суд, рассматривающий ходатайство о признании и исполнении решения МКА, может отказать в его удовлетворении и по собственной инициативе, но только по двум основаниям:
– если объект спора не может быть предметом арбитражного разбирательства по законодательству Украины и
– если признание и приведение в исполнение этого решения противоречит публичному порядку Украины.
Таким образом, ответчик вправе использовать законные средства с тем, чтобы добиться отказа в признании и исполнении решения МКА. Каждое основание для отказа заслуживает отдельного внимания. Прежде всего, следует удостовериться в действительности арбитражного соглашения, так как на нём зиждется всё арбитражное разбирательство. Даже несоблюдение письменной формы этого соглашения влечёт его недействительность. А такие нарушения арбитражного процесса, как непредоставление сторонам равной возможности изложить свою позицию, небеспристрастность арбитра, отсутствие мотивировочной части в арбитражном решении, рассматриваются судами в качестве проявлений противоречия публичному порядку и нарушением принципа справедливого правосудия по смыслу ст. 6 Европейской конвенции о защите прав и основных свобод человека 1950 г.


Вариант 3. Сразу с заявлением в украинский суд!

И, в-третьих, ответчик вправе, не дожидаясь подачи соответствующего ходатайства истцом, сам обратиться к компетентному суду Украины с просьбой об отказе в признании и исполнении стокгольмского арбитражного решения, изложив в ней и обосновав основания для отказа. Это право вытекает из нормы ст. V Нью-Йоркской конвенции и ст. 36 Закона Украины «О МКА», согласно которой в признании и приведении в исполнение решения МКА может быть отказано по просьбе стороны, против которой оно направлено. Такое разъяснение было дано судам в п. 13 Постановления Пленума Верховного суда Украины «О практике рассмотрения судами ходатайств о признании и исполнении решений иностранных судов и арбитражей и об отмене решений, вынесенных в порядке МКА на территории Украины» № 12 от 24 декабря 1999 г.:
«Виходячи з положень міжнародних договорів (наприклад, ст. 9 Київської Угоди, ст. V Нью-Йоркської конвенції) ст. 36 Закону «Про міжнародний комерційний арбітраж» проте, що відмова у визнанні й виконанні рішення іноземного суду чи арбітражу провадиться на прохання тієї сторони, проти якої це рішення спрямоване, не можна виключати можливості звернення останньої за наявності для цього підстав із таким проханням до компетентного суду в тому разі, коли сторона, на користь якої постановлено дане рішення, не порушує клопотання про його визнання й виконання, але поряд із цим використовує його на шкоду інтересам боржника».


В заключение

Приведенные выше аргументы – это то, что с профессиональной точки зрения лежит на поверхности. Вероятно, есть другие обстоятельства, которые нам, как и подавляющему большинству граждан, неизвестны. Однако вряд ли они смогут кардинально изменить рассмотренные выше варианты развития событий, поскольку не в их силах изменить действующее нормативно-правовое регулирование. Другое дело, что развитие ситуации может иметь особенности, которые все мы и будем наблюдать в ближайшее время.




19.07.2010
« назад

версия для печати

     
 
  Ассоциация "Объединенная юридическая группа" (ULGroup)
03680, Украина, г. Киев, ул. Деловая, 5-б, оф. 504
Тел./факс: +38 044 287 7803, +38 044 287 7804
e-mail:
office.ulg@ulga.com.ua